Александр: Друзья, всем привет! Сегодня мы проведем интервью с замечательной семейной парой Андрея и Анны Матыскиных. Ребята вместе с нами подавали на ВНЖ Чили, получили, приехали, уже два года живут в Чили, недавно совсем подали документы на ПМЖ. Почему я ребят пригласил сегодня пообщаться, потому что для меня ребята пример того, как правильно ассимилироваться в новой стране для себя, тем более испаноговорящей.
Потому что, например, Андрей устроился руководителем на работу в крупнейшей энергетической компании Чили, компании НЛ. Аня в приватных разговорах в целом говорит о том, что перебраться в Чили было одним из лучших решений в жизни. Поэтому мне очень интересно вывести такую формулу, как правильно ассимилироваться в Чили
Ребята, спасибо, согласились дать интервью. Как появилась идея переехать в Чили?
Андрей: Мы довольно долго и безуспешно подавали на грин карту в США на DV лотерею, которая ежегодно приходит. Я там с 2013 года участвовал, с 2018-го тоже Аня начала со мной вместе подаваться. Безуспешно. Где-то в году 2021 мы уже так психанули. Лотерея — это же прекрасно, но лотерея — это всегда удача. А мы привыкли как-то сами менеджерить, управлять процессами.
И начали искать другие варианты. В 2021 году (вроде еще пандемийный) смотрели тиктоки. И как раз в один из ваших аккаунтов смотрел, наткнулся на получение ВНЖ Канады и на ваш тикток. Созвонился, взял консультацию, оценили, что нам нравится больше — холодная Канада или теплый Чили с солнцем, красным вином и лососем. Жена сказала, что вино и лосось… Предпочтительнее. Чем холодная Канада.
Александр: Вы первые люди, которые говорят нам, что пришли с тиктока. Обычно там 200 заявок и все в молоко. Супер. И, соответственно, через тикток познакомились. Что-то еще зацепило, кроме вина?
Андрей: Слушай, я смотрел в любом случае с точки зрения экономики, качества жизни, степени развития комфорта жизни.
Аня может в бизнесе самостоятельно работать. Я — человек корпоративной среды, я знаю, как работают корпорации и как они развиваются. Мне было важно, как выглядит экономика, насколько она зрелая.
Почитал много про Чили, так как самая сильная экономика региона, так как паспорт дает очень много бенефитов, все-таки звезды сошлись на том, что лучше, чем Аргентина. Плюс намного проще подать документы, чем в США, Канаде и прочее.
Александр: Насколько был для вас сложен процесс сбора документов, подачи на ВНЖ?
Андрей: Сложен? Нет. Менеджеры очень хорошо объясняют, все время на связи, поэтому сложности были только в моментах.
Мы начали собирать документы в момент, когда все ломанулись, например, апостилировать в связи с заключением брака. И вместо нормативной недели на апостиль, мы свое свидетельство получили через 2,5 месяца от момента, как мы подали заявка. То есть мы уже подали на ВНЖ, и нам только в этот момент вернули наше свидетельство.
Поэтому нам вместо свидетельства пришлось быстренько делать брачный договор и спонсорскую декларацию. То есть мы не со свидетельством о заключении брака подавали, а с брачным контрактом. Выкрутились.
Александр: А как быстро получили одобрение?
Андрей: Два месяца, одна неделя. Это что-то супербыстрое.
Александр: были такие времена, когда… Когда у нас, мы сами были в шоке, за 2 месяца начали получать одобрение клиенты. Сейчас такого нет. 9–12 месяцев — срок ожидания.
Расскажите подробнее, чем вы занимаетесь в Чили, как к этому пришли, например, история трудоустройства, история открытия бизнеса.
Андрей: Слушай, рынок труда Чили, на мой взгляд, довольно любопытный. Я 2 года его мониторинг, при том, что у меня нормальная должность, нормальная компания – просто из интереса. Я видел, и даже мои коллеги чилийцы об этом писали целые статьи, что компании совершенно не заботятся о том, чтобы сотрудники работали хоть сколько-то долго.
Я читал, что около 60% людей, имеющих работу, меняют ее в течение года. В Чили очень высокая текучесть кадров. Поэтому, когда я переехал, я сразу же обратился к карьерному консультанту, чтобы адаптировать свое резюме под местный формат. Вакансии здесь закрываются очень быстро: бывает, что после публикации даже через час на нее откликаются сотни людей!
Поиск работы – это сложная задача. Логично, что откликаются на вакансии как те, кто сейчас без работы, так и те, кто уже трудоустроен, но рассматривает другие возможности. Из-за этого огромное количество людей одновременно ищет работу, и на одну вакансию может быть множество откликов. В результате, на тысячу отправленных резюме в лучшем случае удается получить 5-10 приглашений на собеседование. Но даже прохождение интервью не гарантирует трудоустройство, это лишь один из этапов.
Александр: Как ты устроился в НЛ, расскажи.
Андрей: Я не устраивался на работу по знакомству или “по блату”, то есть исключительно благодаря своей настойчивости и упорству.
Александр: Стандартно? Ты разместил разюме или откликнулся на вакансию через Линкедин?
Андрей: Иногда Линкедин перекидывает на ND, на Трабаханда, на местные сайты, но в основном с Линкедина все. Хотя надо читать внимательно, долистывать до конца вакансии, потому что зачастую они публикуют вакансию и в конце указывают, что, если хотите, откликнуться, то пишите на электронную почту.
Александр: То есть ты подал, резюме прислал, они с тобой связались. Как быстро шел этот процесс? Торговался ли ты по заработной плате или тебя устроили изначальные условия?
Андрей: Не торговался, по времени — три месяца на всё про всё ушло. Ну, надо понимать, в первую очередь, самые успешные кейсы, которые я тут видел — ребята приезжают, айтишники тут себя нормально чувствуют. Любой айтишник на рынке тут, как я понял, с точки зрения тех, кто шарит в IT — программисты, аналитики — здесь с этим напряг. Одни командировочные понаехали, обмениваются опытом, госбабки осваивают.
Если ты крутой спец, то тебя будут просто тупо игнорить. Игнорить? Да, вот прямо в упор! Типа тебя вообще не существует.
Александр: А сколько в среднем по рынку зарабатывает специалист, руководитель? Как у тебя позиция называется? Сколько в среднем зарабатывает на рынке?
Андрей: Смотри, у меня позиция руководителя технического офиса, у меня подчинение несколько инспекторов, управительный надзорник, но в том числе выполняю функцию офицера по управлению правительством. Лучшие практики, на самом деле, среднестатистически наиболее медианное, наиболее частое предложение на эту позицию — тысяча полторы долларов.
У меня повыше, но это сильно ниже того, что было в России.
Александр: Ты без испанского устроился? Или базовый испанский был?
Андрей: Я уже год занимался испанским, поэтому интервью я проходил на испанском языке, хотя у меня непосредственный руководитель прекрасно владеет английским, поэтому с ним мы чаще всего по-английски разговариваем, но с коллегами….
Александр: Окей, перейдем к Ане. Аня, расскажи, пожалуйста, как возникла идея бизнеса, какой он у тебя, что ты для этого делала, насколько это было сложно, открыть новый бизнес в Чили?
Аня: Я человек, который планирует и оценивает риски. Когда мы заговорили первый раз о том, что мы будем переезжать куда-то, жить за границей, а я большую часть своей жизни планировала это, я подумала о том, что раз мы уже об этом говорим, надо получать страхующую профессию. Страхующая профессия для человека, у которого никакого знания английского языка, только русский язык, была в сторону маникюра, потому что я могу быть где угодно, в какой угодно стране, но русский маникюр везде будет востребован.
Если что, его я буду продавать просто своим наименованием. И я отучилась на маникюр. Потихонечку, пока еще работала, я практиковала. И когда уже пришло время переезжать, у меня были материалы, более-менее какой-то опыт. Когда я переехала, я потихоньку начала уже развивать это здесь.
Потихоньку, помаленьку, да, училась, педикюр начала делать. Педикюр, поняла, мне понравится больше. А так как человек я замороченный, для меня выход из педикюра в подологию был логичным. То есть я больше знаю, больше понимаю, лучше делаю. Так я стала подологом.
Александр: Подолог, это для тех, кто не знает, это мастер педикюра, по сути? Специалист по педикюру?
Аня: Специалист в области работы со стопой и отклонениями в её развитии. Не с точки зрения внутреннего строения, а с точки зрения кожи. То есть я что-то среднее между мастером педикюра и дерматологом. То есть я могу оказать нехирургическую помощь, первую помощь, экстренную помощь, также сделать педикюр, либо отправить уже к дерматологу с проблемами, с которыми я помочь не могу.
Переехав сюда и уже начав здесь работать, я лицензировалась здесь на подолога.
В Чили совершенно другое понимание подологии. Здесь педикюр — это просто гель-лак на пальчиках. А подология — это работа со стопой. То есть, когда я шла учиться на подолога, я думала, меня будут учить педикюру. Я шла на подолога здесь просто получить диплом, чтобы у меня была лицензия. Но в итоге меня обучали на ортопеда. Я не поняла, зачем и почему, но теперь я обладаю знаниями ортопеда относительно полными.
Когда я коммуницирую с людьми испаноговорящими, мне приходится объяснять, что когда они приходят ко мне за подологией, мне надо выяснить, они приходят ко мне как подологу из страны СНГ или как подологу в Чили, то есть они хотят просто обработать стопу или у них какая-то проблема, и мне нужно помочь ее решить. Потому что это два разных направления.
И сейчас я занимаюсь просвещением чилийского бьюти-сообщества и своих клиентов с помощью своего канала на тему того, что такое подология и что она за собой несёт.
Александр: Окей, то есть ты получила лицензию. Сколько у тебя это заняло?
Аня: Здесь – полтора месяца, наверное, я получала её. Было сложно, были экзамены такие прямо медицинские-медицинские.
Александр: Это было на испанском?
Аня: Да, полностью.
Александр: То есть ты учила испанский для этого?
Аня: Да, я два года учу испанский.
Александр: После этого ты арендовала офис?
Аня: Я в процессе получала образование подолога и арендовала офис, да. Сначала принимала на дому. То есть как любой мастер, который переехал, сначала принимает на дому, а потом смотрит в сторону офисов, аренды помещений. И так получилось, что мне удалось познакомиться как раз с Оксаной, и мы с ней сошлись характерами, мнениями и видениями на бизнес, решили объединить свои усилия в пользу одного общего дела — предоставления услуг красоты.
Так я переехала уже в офис, потом полностью закрыла свою практику дома и полностью перевела ее в офис как раз в Лас-Кондасе.
Александр: Лас-Кондас — это хороший, престижный район, да? Кто твои клиенты, как ты искала клиентов?
Аня: Начинала я тестировать разные пути от запрещенной сети до Телеграма, от платных каналов. Сначала, естественно, обращалась к платным каналам, потом, думаю, попробую бесплатно. В основном мои клиенты — это девушки, женщины 25−45. Все прекрасные девушки, зачастую имеющие детей.
Плюс-минус – это 80% местного комьюнити.
Александр: То есть по большей части это русскоговорящие комьюнити, да?
Аня: Я изначально целилась в испаноговорящие, но, как показала практика, испаноговорящие, они менее гибкие и меньше они подвижные. Потому что здесь местное сообщество еще только в стадии роста, в стадии вот этого «ой, наверное, надо маникюрчик, педикюрчик тоже делать. Наверное, вот эти вот трещины, которые у меня уже почти до ключицы, надо вот что-то с ними делать». Сейчас они в стадии отрицания/гнев/торг, у них пока – торг.
На самом деле это так, но в нашей комьюнити они такие «о, подолог, приехал. Сейчас мы все пойдем». И да, и те, кто ждали здесь, и те, кто хотели, и те, у кого возникают проблемы. Ко мне обращаются как мамы, так мужья, дети – всем семейным подрядом, включая бабушек, дедушек занимаются собственным здоровьем.
В основном, это сейчас русскоговорящие. Если брать в процентном соотношении, то 80 русскоговорящие, 20 испаноговорящие.
Александр: Сам являюсь клиентом тоже по рекомендации жены, поэтому теперь я знаю, как мужья попадают подолгу в руки.
Расскажите, есть ли у вас досуг? Если да, то какой?
Андрей: Мы нет-нет, любим поезжать в Засыпь-Тяга, то есть это побережье, в Конконбль-Парэйс. Недавно с ребятами ездили в Печелему, в Навидад город. Тут для нас национальная забава – шашлыки. Мы нашли шампура. Я вечно стараюсь как-нибудь их историю с барбекю преобразовать в мангал. Раньше собирались, есть чат, с ребятами в настолки играем.
Александр: То есть всё-таки больше русскоговорящие, да, основной контингент.
Андрей: Да, да, причём как-то по моим ощущениям очень сепарированные группы, компании, кто переезжал с вашей помощью, кто-то по беженству подавался, переезжал – они редко пересекаются.
Аня: Обычно у мастеров пересекаются такие точки пересечения.
Андрей: Тут еще старые эмигранты, кто тут уже лет восемь и больше живет, тоже на встречи приглашают. Но и сами чилийцы, разумеется, — у меня с коллегами иногда бывают такие встречи. Здесь проектный институт…Институт, в смысле, такое сообщество людей, профессионалов. Оно вообще-то международное. В Сантьяго, понятное дело, филиал есть, я с этим филиалом так, общаюсь периодически, на всяких мероприятиях встречаемся, болтаем. Но там одни чилийцы, в основном.
Аня: В женской комьюнити тоже есть несколько разных, так скажем, движений и направлений. Самое основное, это Womenhood Сантьяго, это почти 500 человек, женщин, которые объединены. А чем занимаемся? Я в основном здесь занимаюсь именно косплеем и все, что с этим связано, то есть шитье, макияж, фотография, видеосъемки в тикток, участие в мероприятиях, конкурсах, в том числе здесь, в местных испаноговорящих конкурсах.
Андрей: Кстати, тут с культурой вообще всё круто. Мы как приехали, с первого же года — буквально, я в марте приехал, а уже в апреле какое-то огромное мероприятие было. Приехали артисты из Штатов, из Японии, из Европы один итальянец был. Здание вокзала, раньше там вокзал был, огромное здание, и там три дня фестиваль шёл. Людей просто тьма, очень много
Аня: Фотографов, много моделей, да, это очень интересно и интересно, что со всеми можно пообщаться. Так как тогда это был испанский минимальный, а сейчас это довольно-таки объемный испанский, то сейчас это гораздо интереснее стало, все это посещать. Ну, и вот, естественно, мое хобби со всем этим связанное привлекает людей из разных частей женского сообщества. Так мы познакомились с девочкой, с которой мы вместе шьем, организуем каворкинги по шитью.
То есть можно прийти, вместе посидеть, девочкам пошить, повышевать, повязать, полепить из глины. То есть у нас такие вот комьюнити-рукодели.
Александр: Прямо девочки-девочки.
Аня: Да. Из него будет в процессе потом вытекать бизнес комьюнити. То есть это все девочки то, что делают своими руками, обычно имеют этот маленький свой бизнес. И он дальше будет перетекать уже в более серьезные сущности. Ну, фотографии, путешествия, насколько возможно.Когда у тебя трое животных, довольно проблематично долго уезжать из дома.
Александр: О, кстати, трое животных. Расскажите про животных.
Аня: Это дети наши. Кто-то выбирает детей, мы пока выбрали животных. Всех перевезли сюда.
Александр: Они приехали из России, да?
Аня: Да. Французский бульдог, сибирская рыжая кошка и канадский сфинкс. Все эти три котика. Собака и два котика. Да, собака воспитывала котиков, поэтому они все втроем котики. Живут с нами, климат им тут очень нравится. Мы местного ветеринара нашли, тут всё прекрасно. С животными здесь вообще отлично.
Александр: Я понял.
Почему вам так удалось хорошо здесь ассимилироваться, найти себя, найти увлечение, найти компанию? В чём секрет? Почему кто-то находит себя, кому-то не удается найти себя за рубежом? Но много же случаев, когда люди реально как в ссылку какую-то.
Андрей: Очень правильно, люди как в ссылку, на мой вкус, на мой взгляд, все пляшут от установки. Какой у тебя майндсет изначальный предустановлен при переезде, ты так и будешь развиваться в этой стране.
Либо ты понимаешь, что ты переехал, другая страна тебе неминуемо нужно как-то национализироваться, привыкать к новым магазинам, к новым продуктам, к новым людям вокруг, выстраивать новые коммуникации и социальные связи, либо ты приезжаешь и головой остаешься в родной стране с, может быть, неосознанной мыслью когда-нибудь вернуться. Вот тогда зачем тебе строить новую жизнь там, если ты не закончил старую жизнь?
То есть, зачем тебе здесь строить новую жизнь, если ты там её ещё не закончил? И вот этот якорь в голове, он, мне кажется, людям мешает. Они приезжают сюда как на каторгу, как на ссылку, оставаясь с головой, что «а вот там было лучше». Я знаю, что такое «а в России было лучше, у меня в России было много чего лучше, но мы приняли решение переехать сюда.
Значит, надо строить уже здесь, а не сидеть на лаврах.
Аня: Еще желание что-то делать для себя. Не закрыться дома в четырех стенах, в попытке отгородиться от всего окружающего мира, а общаться. Желание выходить, смотреть, узнавать что-то новое.
А некоторые люди, они переехали и дальше своего магазина за 8 лет не выходят. И это… Это шутка, но это не смешно. Они действительно так живут. В кругу своей маленькой жизни… Женщины сюда переезжают, сходят так с ума. Они приехали, вышли замуж, и все, что они видят, это свой дом, мужа, детей и, дай бог, садик. И они ничего больше не делают.
Они никак не пытаются улучшить свою жизнь, расширить свое окружение.
Александр: То есть что-то обязательно создавать здесь, да?
Аня: Не можешь найти, возглавь, да? Скучно? Найди себе компанию, позови. Это каждый интроверт ждет, пока его подхватит экстраверт и унесет в жизнь.
Андрей: Я могу выступить адвокатом Дьявола, я помню первый полгода-год в Чили, с точки зрения нервной системы, да, это тяжело, потому что, ну вспомни, жизнь в России, ты прекрасно знаешь, в какой магазин пойти, на какой полке какой твой любимый продукт лежит, и ты голову не включаешь на этот момент.
Приезжая в новую страну, тебе приходится подключать ресурсы мозга, а это самый ленивый орган в нашем организме, чтобы найти новые продукты и вообще сориентироваться в какой магазин сходить, то есть все те базовые бытовые вещи, которые в родной стране вообще не тратили ресурса, здесь заставляют тратить очень много ресурса, поэтому первые дни в каком магазине пойти, там, я не знаю, молоко купить, и всё, и спустя час возвращаешься домой, ты уже вымотан, потому что Мозг перегрузился, нервная система перегружена.
Для некоторых это на физическом уровне становится болезненным процессом. Поэтому вот своя квартира, она знакома. Соседний маркет знаком. Вот и курсируешь между ними. Потому что шаг в сторону заставляет включать голову. А ее надо включать, и это тяжело.
Не говоря уже про трудоустройство, открытие собственного бизнеса. Это же очень много, овермного ресурса тратит на другом языке, по чужой стране, со своими культурными особенностями. Ну да, многие не выдерживают, я считаю. Я понимаю, почему люди вместо того, чтобы тратить ресурс, закрываются.
Александр: Вы недавно буквально подали на ПМЖ, правильно? Месяц как. Как оцениваете работу нашей команды по помощи в сборе документов, в подаче, насколько для вас это было просто/сложно?
Андрей: Так же, как в случае с ВНЖ, все понятно. Мы заблаговременно с менеджером связались, проговорили, как мы, что готовим, в каком порядке, какие даты. Намного проще было за счет того, что все документы уже местные чилийские. Это минус перевод, минус истории с апостелированием. У нас уже все местное. Собственно, и с поиском квартиры также.
Одно дело, когда мы приехали через Airbnb, за 3 доллара покупаешь либо за кэш арендуешь за доллары, а здесь у нас уже все чилийские документы, поэтому вместо контракта лаборатория, трудовой договор, я много денег получаю по чилийским меркам. Дайте мне квартиру, за нормальные деньги можно встать. Поэтому в случае с Plan. Share это было в разы проще, чем у нас на Plan. Share. Вот прямо в разы. Находясь уже в стране, с испанскими документами.
Ну и к тому же видно, что у менеджеров это далеко не первая заявка, поэтому никакой суеты, шаг за шагом планомерно, по датам расписано, когда мы на что подаем, так что мне очень понравилось.
Александр: Супер. А какие планы дальше на жизнь, бизнес в Чили?
Андрей: Очень ждем ПМЖ, потому что с ПМЖ открывается возможность уже ипотеки брать, как минимум заниматься там недвижимостью, кредитованием. У нас как бы из Валеншайля получили кредитки вообще без проблем. Фалабелловские, например. Не на правах рекламы.
Андрей: Посмотрим в сторону возможностей по бизнесу, но… Будешь рассказывать про бизнес-школу?
Аня: Да, у меня в этом плане. Сейчас у меня кабинет подолога, но я сейчас прохожу обучение по открытию бизнеса здесь, в Чили, именно по всем фронтам, лицензирование, профессиональная лицензия, лицензия для преподавания. Я здесь хочу открыть что-то среднее между академией и профессиональным техническим училищем для индустрии красоты.
Так как здесь очень много приезжает мастеров из России, из Украины, из стран СНГ, эти всем мастера обладают уникальными знаниями, опытом, и они знают, как научить местных, да и тех, кто сюда приезжает. Я хочу все эти знания консолидировать в одном месте и создать академию, которая будет обучать. И обучать не только тому, как делать ногти, но и ещё тому, как вести свой бизнес.
Это очень важно, потому что одно без другого работать не будет. Можно сколько угодно идеально пилить ногти, но, если ты не умеешь вести соцсети, ты просто никому не сможешь об этом рассказать. И вот это я хочу такой бизнес-комьюнити организовать на базе Академии, и чтобы вместе можно было двигаться, то есть чтобы человек, приходящий в Академию, мог потом выйти со знаниями, как работать со своим бизнесом, с лицензиями, дипломами, сертификациями, санитарными-эпидемиологическими нормами.
В этот бизнес-комьюнити также будут вовлекаться другие бизнесы. Не только бьюти, а чтобы объединить. Знания из одного бизнеса, например, из управления проектами могут прекрасно помочь открыть свой бизнес. Более организованно и более поэтапно, то есть менее сумбурно. Будут привлекаться специалисты для обучения бизнесу, и в академии будут обучаться люди.
Александр: А девушкам в Чили проще или сложнее открывать бизнес, чем мужчинам?
Аня: Как бы это ни звучало, может это быть немножечко по-сексистски, но мы, женщины, более адаптированы к окружающей среде. Пока мужчина сидит и переживает иммиграционные сложности, женщина уже нашла, где купить хлеб, из чего приготовить этот хлеб, который ей больше нравится, чтоб хлеб, который она купила, он не подходит, и кому его продать. То есть, если обратить внимание, в женском комьюнити очень много индивидуальных предпринимателей.
Здесь каждая четвёртая практически, индивидуальный предприниматель, кто обеспечивает себе жизнь своим детям, потому что, скорее всего, в разводе, скорее всего, с одним-двумя ребенком, и она обеспечивает себе эту жизнь сама, открыв свой бизнес.
Андрей: Вот эти курсы, в основном, я так понимаю, посещают девочки. По открытию бизнеса. По открытию бизнеса, которые помогают с лицензированием, помогают, обучают, и в конце концов, вплоть до выделения денег, либо материала, либо пространства, то есть прям финансируют старт-бизнес, то есть они вкладывают, во-первых, в занятость, во-вторых, все-таки в свой рынок они вкладывают.
Поэтому, что касается девочек от бизнеса, да, и мальчиков, там бывают парни.
Тут есть такая тема — стартапы. Но все они от государства, это прямо отдельная история. В общем, конкретно эта схема такая: собирают группу людей, раз в полгода, да-да, раз в полгода. И вот, обреченный на успех человек, если хочет бизнес открыть, рассказывает про свою идею, может её защитить — и ему дают денег. То есть при мне даже не деньгами давали, а оборудование хорошее отдавали, вполне себе.
А еще тут есть In-Chile, по-моему, третий по размеру в мире IT-акселератор. В этих акселераторах помогают стартапам, айтишным стартапам, либо начать дело, либо выйти на нормальный тираж, масштабироваться. Программа понятная, у нас есть знакомые, кто приехал со своим продуктом, айтишным, акселератор им денег дал, несколько тысяч евро. И они всей командой сюда переехали и работают.
Так что девушкам тут, в принципе, можно найти, чем заняться с точки зрения бизнеса. Ну, а парням, особенно в IT, вообще раздолье, они тут прям качают.
Александр: В общем, парни в IT, девушки… Обычно так и распределяется,
Аня: Понимаете, да? Если вы спросите почти любую пару, где муж — айтишник, то скорее всего, жена уже в бьюти-сфере что-то делает. Плюс-минус так и есть. Да, тут такое найти можно. Женщинам тут, может, даже чуть полегче, потому что есть женское сообщество. А вот есть ли тут какое-то мужское сообщество, которое помогает найти всё, что тебе нужно — от няни до работы — я не знаю. Но, короче, женское комьюнити тут большое, и в этом плане, да, может, женщинам попроще.
Хотя многие девушки со мной, наверное, не согласятся, но как по мне — хочешь делать, бери и делай!
Андрей: Я соглашусь, девочки здесь более деятельные, опять же, женский клуб Сантьяго на 500 человек и 300 человек, кто-то что-то там сегмент делает, самозанятие, предпринимательство.
Должна быть за реклама. Очень много девочек деятельных больше, чем вот исторически видимо так сложено.
Александр: Последний вопрос, что вы порекомендуете тем, кто прочитает наше с вами интервью? Они думают о переезде, выбирают страну, может быть сомневаются стоит / не стоит попробовать переезд или хотя бы даже подать на ВНЖ предварительно, что вы можете пожелать, посоветовать?
Андрей: Терпение в изучении чилийского и испанского. Те, кто в Чили, понимают, о чем я.
Аня: Ехать, да, ехать не с мыслью, что это Москва. Сразу забывая, это не Москва. И если ты не воспринимаешь все, как должно быть в Москве, если ты из Питера, ты уже более спокойно ко всему относишься. Ну и пробовать государство. В принципе Чили много что дает, если идти и брать. Никто на блюдечки не принесёт, но, если идти, брать, ломиться и делать, много что можно здесь сделать.
Государство даёт возможности, все инструменты для этого есть. Надо просто идти и брать.
Отдыхать спокойно, не нервничать. Здесь Чили заставляет тебя остановиться и подумать, замедлиться. Для тех, кто из Москвы, это чуть тяжелее, чем для тех, кто из Питера. Мы привыкли ждать свой кофе 40 минут.
А вот Чили заставляет замедлиться, потому что чилийская культура — она более неспешная, они здесь никуда не спешат, они не торопятся. И в этом есть смысл, ты успеваешь обдумать все, что ты делаешь, ты успеваешь, и даже если ты замедлишься, ты все равно сделаешь больше, чем в любой чине.
Александр: Огонь, на этой ноте финалим, спасибо большое, ребята!
